RAE.RU
Энциклопедия
ИЗВЕСТНЫЕ УЧЕНЫЕ
FAMOUS SCIENTISTS
Биографические данные и фото 17319 выдающихся ученых и специалистов
Логин   Пароль  
Регистрация Забыли пароль?
 

Разинов Юрий Анатольевич

Научная тема: « ЛОЖНОЕ КАК СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН »

Научная биография   « Разинов Юрий Анатольевич »

Членство в Российской Академии Естествознания

Специальность: 09.00.11

Год: 2015

Отрасль науки: Философские науки

Основные научные положения, сформулированные автором на основании проведенных исследований:

  1. Ложь - один из значимых феноменов человеческой жизни, и сведение ее к статусу неистины (антитезы истины) не только упускает полноту значения данного феномена, но и лишает его самостоятельного статуса, делая его вторичным и производным от понятия истины. Редукция сущностного богатства и многообразия ложного к логической дихотомии «истина-ложь», решая определенные теоретические задачи, вместе с тем создает неоправданный эпистемологический перекос, оставляя за скобками важный экзистенциальный и социокультурный смысл данного феномена.
  2. Общекультурной предпосылкой антитезы «истина-ложь» является расщепление мифологической сферы на области «земного» и «небесного», «сакрального» и «инфернального» и последующее осмысление этого разделения в категориях добра и зла. Бинарная оппозиция «добро-зло» становится парадигмой архаического противопоставления «правды» и «кривды» и предфилософского истолкования истинного и ложного в смысле «правильного» и «неправильного».
  3. Мифологическая культура, конституированная традицией, зиждется на безусловной ценности нормы и правила (обычая, «завета»), но не истины как таковой. Поэтому исходной почвой для формирования дихотомии «истина-ложь» становится кризис традиционного мифологического правосознания с его разделением на «правильное-неправильное», которое в рамках «осевого времени» (К.Ясперс) трансформируется в оппозицию «справедливое-несправедливое». Осмысление самой справедливости как своего рода «истины права» в процессе перехода «от мифа к логосу» приводит к кристаллизации концептов истины и лжи. Начиная с Парме-нида, на месте законодательной силы древнего обычая (θέμις) и права (δίκη) учреждается законодательная сила истины (αλήθεια). Культурная дихотомия δίκη - αδίκία («правда» - «кривда») дополняется теоретическим разделением αλήθεια и ψεδος («истина» и «ложь»). Вместе с тем «правовая чеканка» накладывает глубокий отпечаток на раннефилософское мышление в целом и присутствует не только в романском синтезе veritas, rectitudo и justitia, но и в греческом истолковании але-тейи в качестве божественного повеления.
  4. Метафизическое истолкование истины в качестве устойчивой, «незыблемой» и «непогрешимой» достоверности в противовес ложному как принципиально опровержимому и «шаткому» (мнению) фундировано в дофилософском представлении о божественном происхождении «правды» и земной природе низвергнутой «кривды». Семантика низвержения, падения и лежания (во грехе, сне, забвении) настолько прочно укоренена в истолковании лжи, что даже Хайдеггер, осмысляя ложное из существа сокрытия, в раннем периоде характеризует его в терминах падения (Verfallen) и забвения бытия.
  5. Притом, что основным феноменом для истолкования ложного является сокрытие, а разнообразие его форм определено богатством сокрытости, на этот план значения накладывается более сложная феноменологическая констелляция забвения, ускользания и падения. Данная смысловая складка вытекает из значения самого термина «алетейя», анализ которого дает увидеть более сложное строение феноменов истины и лжи, связанный с опытом отрицательности. Алетейя - это модальность присутствия, в котором сущее не скрывается, не ускользает, не приводится к падению и таким образом не оказывается за-бытым (поставленным «за» бытие).
  6. Привативный характер греческих терминов: α-λήθεια, α-ψεδος, α-ποκάλυψις, их подчеркнуто негативная семантика указывает на то, что начальное понятие истины выражает опыт зыбкого стояния в открытости. Истина не наличествует как достоверность, а завоевывается в борьбе с сокрытием, ускользанием, падением и забвением. Это значит, что истина фундирована в сфере ложного, находится с ним в сущностной связи и мыслится как то, что устанавливается в отношении отталкивания и сопротивления и таким образом выражается через отделяющее «не».
  7. Наведение различных смысловых планов ложного (сокрытия, забвения, падения и отклонения), их семантическая складка, позволяет различить латентную и экранирующую формы сокрытия, каждая из которых своеобразно представлена в феноменах умолчания и болтовни, обмана и самообмана, заблуждения и симуляции. В латентной сокрытости, сильной формой которой является забвение, сущее как бы выпадает за бытие, оказывается за границей раскрывающего «вот» присутствия. В экранированности же, например, в обмане и заблуждении, сущее, напротив, остается в сфере присутствия, но в характерном модусе поставленности «за» (заставленности). Такое сокрытие осуществляется способом показа. Скрывающий показ сам себя кажет в виде заставляющего экрана. Само же различение латентного и экранирующего сокрытия не является абсолютным, а служит лишь для показа того, сфера сокрытого (ложного) образует сложный градиент, состоящий из множества оттенков, переходов и сочетаний - явного и неявного, рефлексивного и нерефлексивного, сознательного и бессознательного.
  8. Различение тетической и нететической форм лжи позволяет дифференцировать разные виды сокрытия в отношении активности и пассивности самого бы-тия-в-сокрытости. Присутствие во лжи характеризуется парадоксальным сочетанием активности и пассивности, где само пассивное состояние требует особой активности. С наибольшей очевидностью парадокс активной пассивности представлен в феноменах самообмана и самозабвения (ars oblivionis). Оба состояния требуют особой направленности сознания по отношению к самому себе - активно-пассивной самоблокировки с помощью экранов и отсрочек откровений реального. И даже в преднамеренном обмане, если иметь в виду именно бытие обманщика, мы имеем причудливое сочетание сознательно контролируемого намерения и увлеченности (феномен удовольствия от обмана или самозабвенной лжи).
  9. Понимание социальной природы лжи требует отхода от традиционной репрезентативной модели понимания реальности, для которой характерно представление о ложном как искаженном и неадекватном представлении реальности. Человеческая реальность по самой природе не адекватна себе: она перспективна, проективна и всегда «есть то, чем она не является» (Ж.-П. Сартр). Иллюзии, фикции и обманки, будучи элементами экзистенциальных проектов, наряду с истиной участвуют в конституции человеческого бытия в мире. Они входят в социальную действительность в качестве своего рода «квазиобъектов» (М. Мамардашвили), «эффектов реальности» (Ж. Бодрийяр), состояний и отношений, которые при всей своей иллюзорности играют существенную роль в том, как устроена повседневная жизнь. Ограничивающие алетейю экраны, которые в разное время осмыслялись то как ложные виды - «идолы», то как «призраки разума», то как «химеры бессознательного», то как «социальные призраки», «превращенные формы» и «симулякры», в совокупности образуют сферу ложного, как сферу скрывающе-сокрытого бытия.
  10. Различные виды потаенности и иллюзорности конституируют мир повседневности как сферу симуляции, заблуждения и социального обмена ложью. Обман и самообман являются важными, а подчас необходимыми, элементами социальных взаимодействий. С их помощью поддерживается вертикальная и горизонтальная стратификация, затушевывается неравенство людей, смягчаются социальные противоречия. Игра взаимных сокрытий, с одной стороны, создает по необходимости размытые образы социального согласия и примирения, а с другой, - конституирует зоны отчуждения и является одним из инструментов создания приватной сферы и охраны личного суверенитета. Мистификация и ложное представление, являясь элементом различных социальных стратегий и ролевых игр, участвуют в формировании самой социальной идентичности индивида, а также дистанции индивида по отношению к исполняемой им роли, которая разыгрывается в модусе als ob. Социальные иллюзии - это не просто искажения действительности, ибо такие искажения сами являются частью действительности, и в этом смысле они ей «адекватны».
  11. Сугубо негативное истолкование ложных феноменов является следствием эпистемологического и аксиологического перекосов в антитезе «истина - ложь». Но если в формальном смысле противоположности истине ложь - негативный феномен, то как способ бытия в мире (экзистенциал) она имеет позитивные черты.
  12. Способность к удвоению, искажению, имитации реальности является важной культурной способностью, интегральным выражением которой является хитроумие. Обман обладает высоким инициирующим и мобилизующим эффектом. Способность к распознаванию и сопротивлению лжи, является одним из критериев социальной зрелости индивида.
  13. Имитация и фальсификация, участвуя в конституции жизненного мира, выступают не только в функции репродуктивного, но и творческого замещения вещей или отношений. «Ложные вещи» (подделки, субституты, суррогаты и т.п.), проходя процедуры социальной легитимации, своеобразно участвуют в поддержании баланса в системе отмеченного нехваткой социального производства и распределения вещей.
  14. Самообман и забвение, состоящие в экранировании травматических событий и отсрочки истины, способствуют перегруппировке и возобновлению жизненных сил, что важно при отсутствии способности выдерживать «прямой взгляд» на вещи. Другие феномены ложного: самозабвенная болтовня, наигранная вежливость, показная комплиментарность, молчаливая житейская тактичность или откровенная лесть, являясь формами социального конформизма, служат социальной адаптации людей. Набрасывая вуаль на реальные противоречия, они обеспечивают режим «безопасной» коммуникации. Социальный обмен ложью (ложь «по протоколу») носит характер негласных социальных конвенций, ряд из которых служит «спасению» и возвышении человека над обстоятельствами жизни.

Список опубликованных работ

I. Монографии:

1. Ничто и порядок. Самарские семинары по современной французской философии: Коллективная монография. Самара: Самарский университет. 2004. – 312 с. (авторский текст 5,8 п.л.; в соавторстве с Коневым В.А., Лехциером В.Л. и др.).

2. Разинов Ю.А. Я как объективная ошибка / изд. 2-е, исп. и доп. Самара: Уни-версгрупп, 2006. – 262 с.

3. Разинов Ю.А. Метафизика кривых троп: Очерки об экзистенциальной природе истины и заблуждения. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2011. – 308 с.

II. Научные статьи: а) опубликованные в ведущих российских периодических изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки для публикации основных научных результатов диссертаций на соискание ученой степени доктора наук:

1. Разинов Ю.А. Понятия категории и экзистенциала в философии М.Хайдеггера // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд- во «Самарский университет», 1999. № 1 (11). С. 57–67.

2. Разинов Ю.А. Как возможен самообман // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2004. №1 (31). С. 15–29.

3. Разинов Ю.А. Идея университета и топос мысли: материалы конференции, посвященной 25-летию кафедры философии гуманитарных факультетов СамГУ // Вестник Самарского университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2005. С. 70–79.

4. Разинов Ю.А. Истина отклонений или что хранится в тайниках побочных мыслей (Несколько замечаний по поводу одного высказывания Декарта) // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2010. № 3 (77). С. 11–16.

5. Разинов Ю.А. Спор Правды и Кривды // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Философия, 2011. № 2 (6). С. 60–73.

6. Разинов Ю.А. Истина как тяжба // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2011. № 4 (85). С. 12–19.

7. Разинов Ю.А. Истина и тайна: четыре аспекта греческой алетейи // Известия Саратовского университета». Серия: Философия. Психология. Педагогика, 2012. С. 29–33.

8. Разинов Ю.А. Влечение к обману, Или чем хитроумный Одиссей лучше правдивого Ахиллеса // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2012. № 2/1 (93). С. 12–18.

9. Разинов Ю.А. Семантическая складка термина «ложь» // Вестник Самарского муниципального института управления, 2012. № 1(20). С. 125–132.

10. Разинов Ю.А. Понятия «истинного» и «ложного» у Гомера // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2012. № 8 (99). С. 25–31.

11. Разинов Ю.А. Истина и путь (Размышление о специфике европейского Дао) // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 7: Философия. Социология и социальные технологии), 2012. С. 29–36.

12. Разинов Ю.А. Ложь умолчания и способность речевого контроля // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2013. № 8/1 (109). С. 140–144.

13. Разинов Ю.А. К экзистенциальной трактовке ложного // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2013. № 8/1 (109). С. 145–148.

14. Разинов Ю.А. Истинное и правильное (о правовом истоке понятия истины) // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2014. № 1 (112). С. 20–25.

15. Разинов Ю.А. Банальная ложь обыденной речи: болтовня и красноречие // Вестник РГГУ: Серия «Философские науки. Религиоведение». М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2014. № 10 (132). С. 156–164.

16. Разинов Ю.А. Социальный обмен ложью // Вестник Самарского государственного университета. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2014. № 5 (116). С. 20–24.

б) опубликованные в международных, российских и региональных периодических изданиях, вузовских журналах и сборниках:

1. Разинов Ю.А. Объективная ошибка в социальном конструировании реальности // Методологический потенциал качественной социологии и способы его реализации в социологических исследованиях. Материалы Летней Школы: 23 июля – 2 августа 2000 г. Самара, С. 42–62.

2. Разинов Ю.А. Непристойный субъект // Mixtura verborum’2001: Непредставимое и метаязык: Сб. ст. Самара: Самар. гуманит. акад., 2002. С. 116–129.

3. Разинов Ю.А. К интерпретации Mitsein как структуры превращений // Философия культуры – 2001:Сборник научных статей. Самара: Самарский университет, 2001. С. 92–98.

4. Разинов Ю.А. «Семиотический коллапс» и объективная ошибка // Смысл «и» выражение: Контроверзы современного гуманитарного знания: Сборник статей и выступлений. – Самара: Двадцать первый век, 2001. С. 20–29.

5. Разинов Ю.А. С улыбкой авгура или трансгрессия под маской // Mixtura verborum’2002: По следам человека: Сб. ст. Самара: Самар. гуманит. акад., 2002. С. 3–32.

6. Разинов Ю.А. Метафизика Piazza di Italia: Идея университета и топос мысли. Сборник материалов конференции // Топос. Философско-культурологический жур нал. № 3 (14), 2006. С. 145–150.

7. Разинов Ю.А. К вопросу о топологии заблуждения // Mixtura verborum’2006: топология современности: сб. ст. / под общ. ред. С.А. Лишаева. – Самара: Самар. гуманит. акад., 2007. С. 3–13.

8. Разинов Ю.А. На пути к минотавру: к семантике лабиринта // Философия Общество. Культура: сб. науч. статей, посвященный 70-летию проф. В.А. Конева. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2007. С. 277–287.

9. Разинов Ю.А. Дверь // Mixtura verborum’2007: сила простых вещей: сб. ст. / под общ. ред. С.А. Лишаева. Самара: Самар. гуманит. акад., 2007. С. 13–26.

10. Разинов Ю.А. Dasein вещей или о чем может поведать трубка // Вестник самарской гуманитарной академии. – Самара: Самар. гуманит. акад., 2008. № 1 (3). С. 49–63.

11. Разинов Ю.А. Небытие в маске или как возможен дискурс негативности // Mixtura verborum’2008: Небытие в маске: сб. ст. / под общ. ред. С.А. Лишаева. Самара: Самар. гуманит. акад., 2008. С. 54–72.

12. Разинов Ю.А. Правила «входа» или как не заблудиться в лабиринте «Символа и сознания» // Конев В. А. Критика опыта сознания: Самарские семинары по трактату М.К. Мамардашвили и А.М. Пятигорского «Символ и сознание». Самара: Изд-во «Самарский университет», 2008. С. 6–23.

13. Разинов Ю.А. Тесей с мечом и клубком ниток в сетях Ариадны (заметки на полях пьесы В. Пелевина) // Вестник самарской гуманитарной академии. Самара: Самар. гуманит. акад., 2008. № 2 (4). С. 54–65.

14. Разинов Ю.А. Город-лабиринт // Mixtura verborum’2009: Боли нашего времени: сб. ст. / под общ. ред. С. А. Лишаева. Самара: Самар. гуманит. акад., 2009. С. 120–129.

15. Разинов Ю.А. Философия на подиуме: festina lente в собачьей схватке за логос // Вестник самарской гуманитарной академии. Серия: Философия. Филология. Самара: Самар. гуманит. акад., 2009. № 2 (6). С. 44–52.

16. Разинов Ю.А. Символика перекрестка // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия: Философия. Филология. Самара: Самар. гуманит. акад., 2010. №1 (7). С.123–130.

17. Разинов Ю.А. Образы служения истине: хранители и копатели // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия: Философия. Филология. Самара: Са-мар. гуманит. акад., 2011. С. 3–17.

18. Разинов Ю.А. Искусство забвения или как не забыть забыть… // Mixtura verborum’2011: Метафизика старого и нового: философский ежегодник / под общ. ред. С.А. Лишаева. Самара: Самар. гуманит. акад., 2011. С. 21–35.

19. Разинов Ю.А. Экзистенциальная геометрия пути (к постановке вопроса) // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия: Философия. Филология. Самара: Самар. гуманит. акад., 2011. № 2 (10). С. 3–12.

20. Разинов Ю.А. Фальшивка. Mixtura verborum’2013: Сила простых вещей-2: философский ежегодник / под общ. ред. С.А. Лишаева. Самара: Самар. гуманит. акад. 2013. С. 63–81.

21. Разинов Ю.А. Понятие истинного и ложного у Платона в контексте соотношения эйдоса и эйдолона // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия: Философия. Филология. Самара: Самар. гуманит. акад., 2013. №1 (13). С. 21–30.

22. Разинов Ю.А. Время и опыт: эффекты замедления и ускорения // Mixtura verborum’2013: Время, история, память: философский ежегодник / под общ. ред. С.А. Лишаева. Самара: Самар. гуманит. акад., 2014. С. 31–41.

23. Разинов Ю.А. Ложное как падшее: к анализу раннегреческого понятия «псевдос» // Международный журнал исследования культуры, 2014. № 2 (15). С. 84–90.

III. Материалы конференций и тезисы докладов:

1. Разинов Ю.А. К проблеме экспликации единиц неклассического мышления // VI Российская научная конференция профессорско-преподавательского и инженерно-технического состава. Часть II. Тезисы докладов. Самара, 1999.

2. Разинов Ю.А. Интернет как событие культуры // Международная конференция «Интернет. Общество. Личность. ИОЛ–2000». Новые информационно-педагогические технологии. СПб., 2000. С. 69.

3. Разинов Ю.А. «Я» как предметность // VII Российская научная конференция профессорско-преподавательского и инженерно-технического состава. Часть II: Тезисы докладов. Самара, 2000.

4. Разинов Ю.А. Принцип объективной ошибки // Дело философии в постклассическую эпоху: Материалы научной конференции. Самара, 26–27 сентября 2002 г. Самара: Самар. гуманит. акад., 2002. С. 155–161.

5. Разинов Ю.А. «Как если бы» как принцип интерпретации // История философии и герменевтика: Материалы межвузовской конференции. Москва, 4–5 дек. 2002 г. М.: РГГУ, 2002. С. 31–38.

6. Разинов Ю.А. Theatrum universitatis // Идея университета и топос мысли: материалы конференции, посвященной 25-летию кафедры философии гуманитарных факультетов СамГУ. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2005. С. 78–88.

7. Разинов Ю.А. Заблуждение как феномен культуры // Личность в культуре. Статьи и материалы VI международной научно-практической конференции «Самарский край в контексте мировой культуры». Самара, 2006. С. 62–69.

8. Разинов Ю.А. Сообщество лжи // Герменевтика сообщества: Материалы конференции, посвященной 30-летию кафедры философии гуманитарных факультетов. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2011. С. 101–118.