RAE.RU
Энциклопедия
ИЗВЕСТНЫЕ УЧЕНЫЕ
FAMOUS SCIENTISTS
Биографические данные и фото 17442 выдающихся ученых и специалистов
Логин   Пароль  
Регистрация Забыли пароль?
 

Скляров Олег Николаевич

Научная тема: « НЕОТРАДИЦИОНАЛИЗМ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ XX ВЕКА: ФИЛОСОФСКО-ЭСТЕТИЧЕСКИЕ ИНТЕНЦИИ И ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ СТРАТЕГИИ »

Научная биография   « Скляров Олег Николаевич »

Членство в Российской Академии Естествознания

Специальность: 10.01.08

Год: 2015

Отрасль науки: Филологические науки

Основные научные положения, сформулированные автором на основании проведенных исследований:

  1. Неотрадиционализм может быть выявлен и определен как сформировавшийся в литературе неклассического периода и восходящий к рефлективному традиционализму особый вектор философско-эстетической ориентации, обусловливающий творческие принципы и художественные стратегии писателя, однако допускающий вариативность конкретных форм мировоззрения, поэтики и стилистики письма.
  2. Неотрадиционализм может быть идентифицирован как неклассическая модификация традиционального типа творческого сознания, возникшего и исторически оформившегося в эпоху рефлективного традиционализма, но в инвариантном своем содержании сохранившего актуальное присутствие в последующих эпохах развития словесности. Следовательно, в диахронном (вертикальном) плане неотрадиционализм XX столетия принадлежит традициональному типу творческого сознания, а в синхронном (горизонтальном) - неклассической ментально-художественной парадигме.
  3. Неотрадиционализм представляет собою сложный синтез базовых установок традиционализма (сформировавшихся в лоне «эйдетического» мышления) и новейших интенций культурного мышления, связанных с существенным усложнением общей «картины мира» и индивидуального самосознания в неклассическую эпоху. При этом неклассические (новоприобретенные) интенции являются в неотрадиционализме не просто дополнением к исконно-традициональным установкам, но в определенной мере производны от них, раскрываются как реализация глубинного потенциала традиционального сознания, результат его исторической эволюции.
  4. Инвариантные (базовые) интенции традиционального сознания, составляющие философско-эстетическое ядро неотрадиционализма, - это онтологизм мировосприятия, презумпция благой осмысленности бытия, утверждение объективно-сверхличной природы высших ценностей, аксиологически мотивированная традициоцентричность, пафос ответственности и причастности всеобщему, логоцентричность и центростремительность мышления, солидаристское («соборное») понимание творчества, императив творческого «служения» высшему (сверхличному и абсолютному) началу.
  5. Неклассические свойства присущего неотрадиционализму творческого сознания, сообщающие ему статус принципиально новой (не имеющей аналогов в прошлых веках и эпохах) модификации традициональности, - это персонализм и историчность мировосприятия, принцип духовной суверенности художника, пафос индивидуальной свободы творческого поиска, обращенность в будущее и открытость к новому, неприятие любых форм пассеизма, экзистенциальность, диалогичность, интерес к Другому, потребность в читательском сотворчестве, тяготение к интерсубъективности, инспиративности и аллюзивности в смыслообразовании.
  6. Взаимоотношения нового традиционализма с классическим (рефлективным) традиционализмом имеют двоякий характер. Неотрадиционализм наследует базовые интенции последнего, но отвергает (преодолевает) присущий ему авторитарный тип дискурсивности, проявляющийся в тяготении высказывания к нормативности, регламентарности, дедуктивности, монологичности и т.п. «Нормативно-ролевой» (В.Тюпа) тип дискурсивности постулируется нами как акцидентный и исторически обусловленный атрибут классического традиционализма, не отражающий напрямую сущностного содержания традициональной системы ценностей. Рецидивное и в известном смысле рудиментарное бытие в литературе XX века «нормативно-ролевой» тип риторики переживает в художественной практике социалистического реализма и аналогичных ему регламентаристских практиках письма.
  7. Для неотрадиционализма актуален переход от надличного и внесубъективного восприятия ценностей к интерсубъективному (диалогическому) их восприятию, от априорного согласия к искомому и совместными усилиями обретаемому согласию, от неавтономной причастности общему к автономной причастности миропорядку, от императивного и регулятивного мышления к проблемному, эвристическому и проективному, от априорно-завершенной и самотождественной картины мира к вероятностной, от авторитарно-декларативного стиля мышления к аллюзивно-инспиративному, от монологических стратегий общения к коммуникативно-диалогическим.
  8. Исторически русский неотрадиционализм возник в противоборстве с радикальным авангардом и соцреализмом как продуктивная альтернатива, с одной стороны, творческому произволу «уединенного сознания» и, с другой стороны, - новой принудительной «нормативности», нашедшей выражение в идеологически ангажированной словесности советского периода. Однако в рамках всего XX века неотрадиционализм как диалогический, свободно-ответственный тип мышления может быть противопоставлен не только авангардизму и соцреализму (это исторически локальный случай), но и другим модификациям дивергентного и номативистского менталитета (поставангарду, постмодерну, новейшим формам идеологизма и дидактизма и т.п.).
  9. Неотрадициональный тип мышления может проявляться
    • на уровне общих аксиологических и философско-эстетических ориентаций, выраженных более или менее декларативно и манифестарно;
    • как творческий принцип, обусловливающий художественные стратегии: в частности, в мотивике и художественной символике текстов, в предпочтениях той иной «картины мира», в расстановке ценностных акцентов, в художественной архитектонике произведения, в специфике субъектности, в характере интертекстуальности и в коммуникативно-риторических (дискурсных) особенностях письма.
  10. На уровне конкретных художественных стратегий неотрадициональная творческая ориентация (конвергентное художественное сознание) проявляется
    • в стремлении к предельной универсализации субъекта литературного высказывания и смыслового пространства текста при сохранении индивидуальной свободы и суверенности мировосприятия;
    • в стремлении к диалогической открытости художественного высказывания (предполагающей инспиративность и аллюзивность смыслообразования) при непременном признании высшей, абсолютной и вместе с тем «интерсубъективной» смысловой инстанции («нададресата», в терминологии М.Бахтина), способной в перспективе «большого времени» (М.Бахтин) рассудить самобытных и ментально нетождественных друг другу участников «диалога»;
    • в тяготении к освященным традицией универсалиям, архетипам и символам (стилистическим, образным, мотивным, сюжетным, тематическим), к универсальным идеям и представлениям, которые, однако, не просто дублируют и транслируют уже известные схемы, не просто повторяют известное «каноническое» миропонимание, но как бы заново его открывают, проецируя универсальное в область экзистенциального, эвристически прокладывая новые пути из современного в вечное и из вечного в историческое, из неповторимой и единичной ситуации автора/героя к вневременному и непреходящему ценностному универсуму.
  11. Неотрадиционализм как комплекс творческих интенций имеет векторный характер; пересекается и сложно взаимодействует с другими типами и модусами ориентации; на уровне художественных стратегий может по-разному и в разной мере проявляться у различных неотрадиционально-ориентированных писателей, а также - у одного и того же писателя в разных его текстах и на разных этапах его творческого пути.
  12. Неотрадиционализм не может рассматриваться как литературное направление, течение, школа, художественный метод или тип поэтики. Неотрадициональные интенции и стратегии могут проявляться у представителей самых разных общностей, фракций и течений, поэтому более целесообразно понимать неотрадиционализм как особый, сознательно абстрагируемый (в исследовательских целях) уровень или аспект творческой ориентации, который можно квалифицировать как неклассическую разновидность (модификацию) традиционального типа творческого сознания; как особый «вектор» (или «полюс») в неклассической парадигме творческого сознания; как особый комплекс философско-эстетических интенций или, несколько упрощенно, - как особый тип философско-эстетической ориентации. В силу того, что все эти обозначения корректируют и уточняют друг друга, они могут использоваться в режиме теоретической взаимодополнительности.
  13. Причина, по которой неотрадиционализм никогда не был оформлен в определенное течение или группировку с единой четкой доктриной, не только в том, что это сравнительно новый и исторически молодой тип творческого сознания, и не только в том, что личные ментальные траектории писателей были подвержены колебаниям, но прежде всего в том, что в силу своей принципиальной открытости, проективности и диалогичности неотрадиционализм не предрасположен к доктринальной «завершенности» и оформлению в виде непротиворечивой идейной «платформы». Своеобразие неотрадиционализма не идеологично, а интенционно и векторно по своей сути, т.е. проявляется больше в исходных устремлениях и ориентациях, нежели в оформленных и закрепленных результатах.
  14. Неотрадиционализм как тип ценностной ориентации не связан напрямую ни с какими формами религиозной ортодоксии и конфессиональности, однако генетически зиждется на эллинско-христианской основе, определяющей историческое своеобразие и духовное ядро русско-европейской цивилизации.
  15. Неотрадиционализм не обособляется и не замыкается в себе, а продолжает «диффузно» (О.Клинг) взаимодействовать со смежными типами сознания, впитывая многое из их опыта.

Список опубликованных работ

Монографии и учебное пособие:

1. «Есть ценностей незыблемая скала…»: Неотрадиционализм в русской поэзии 1910 – 1930-х годов. М.: Изд-во ПСТГУ, 2012. – 185 с.

2. «В заговоре против пустоты и небытия». Неотрадиционализм в русской литературе XX века. М.: Изд-во ПСТГУ, 2014. – 223 с.

3. Современный литературный процесс в России (рубеж XX – XXI вв.): Учебно-методическое пособие. М.: Изд-во ПСТГУ. 2009. – 90 с.

Научные публикации в ведущих рецензируемых журналах, рекомендуемых ВАК РФ:

4. Лирический цикл «Куст» М.И.Цветаевой: семь интерпретаций // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2010. Вып. 3 (21). С.9-28.

5. «Мир, организованный вокруг текста»: размышления о книге И.З.Сурат «Мандельштам и Пушкин» // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2011. Вып. 1 (23). С.169-173.

6. «Говоря ненаучно…»: о двухтомнике И.Б.Роднянской «Движение литературы» // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2011. Вып. 2 (24). С.171- 176.

7. «Гляжу на грубые ремесла…» В.Ходасевича как постсимволистский текст // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2011. Вып. 4 (26). С.56-66.

8. «Ведь где-то есть простая жизнь и свет…» А.Ахматовой: особенности мотивно-образной структуры // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2012. Вып. 1 (27). С.90-105.

9. «И Господь его знает, куда плывем…»: Мотив скитаний и позиция лирического субъекта в «Невидимых» Б.Кенжеева // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2013. Вып. 1 (31). С.71-82.

10. Итоги и предвосхищения. [Рец.:] Русское литературоведение XX века: имена, школы, концепции: Материалы Международной научной конференции (Москва, 26 – 27 ноября 2010 г.). М.; СПб.: Нестор-История, 2012. – 320 с. // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2013. Вып. 2 (32). С. 141-150.

11. Онтология релятивности в неклассической словесности (К вопросу о новом традиционализме в русской литературе XX века) // Современные проблемы науки и образования. 2014. № 3. URL: http://www.science-education.ru/117-13452

12. «То и празднуют нынче везде…»: Диалектика обыденного и сакрально-метафизического в стихотворении И.Бродского «24 декабря 1971 года» // Вестник МГОУ. 2014. № 3. URL: http://evestnik-mgou.ru/Articles/View/575

13. К вопросу о новом традиционализме в русской литературе XX века (аксиологический аспект) // Известия ВГПУ: Серия «Филологические науки». 2014. Вып. 7 (92). С. 159-164.

14. «Мысль, описавшая круг» Лидии Гинзбург как художественно- философское исследование // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2014. Вып. 4 (39). С.46-67.

15. Первая «Баллада» В.Ходасевича как неотрадиционалистский текст (Опыт интерпретации) // Известия ВГПУ: Серия «Филологические науки». 2014. Вып. 10 (96). С.132-143.

16. Концепт «неотрадиционализм» в современных исследованиях о русской литературе XX века (К истории термина) // Гуманитарные, социально- экономические и общественные науки. 2014. №11. URL: http://www.online- science.ru/m/products/filologicheskie-nauki/gid2076/pg0/

17. К вопросу о поляризации творческого сознания в неклассическую эпоху развития русской словесности // Современные исследования социальных проблем. 2014. № 7. URL: http://journal-s.org/index.php/sisp/article/view/720145

18. Русский литературный неотрадиционализм XX века в контексте философской и эстетико-аксиологической проблематики творческого сознания // Современные исследования социальных проблем. 2014. № 9. URL: http://journal-s.org/index.php/sisp/article/view/920143

Работы, опубликованные в других изданиях:

19. Трагическое и ироническое в раннем творчестве Маяковского // Вопросы эстетики в контексте художественной литературы: Межвузовский сборник научных трудов. М., 1992. С.41-47.

20. Творчество В.В. Маяковского. Лирический герой ранней поэзии. Библейские мотивы и образы // Русская литература. ХХ век. Справочные материалы. М., 1995. С.218-226.

21. Соотношение духовной темы и духовной сути в детской словесности // Вестник ПСТГУ IV: №1. 2005. С.75-89.

22. Стихотворение А.Ахматовой «Творчество»: Опыт прочтения // Материалы XV ежегодной Богословской конференции ПСТГУ. Т. 2. М., 2005. С.25-33.

23. К вопросу о специфике и предпосылках онтологизма в ранней поэзии Мандельштама // Вестник ПСТГУ: Серия: «Филология. История». № 4. 2005. С.37-55.

24. О масскультных элементах в прозе Ю.Н.Вознесенской // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2007. Вып. 2 (8). С. 130-145.

25. Об одном «неудавшемся» стихотворении Владислава Ходасевича // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2007. Вып. 4 (10). С.63-94.

26. «Концерт на вокзале» О.Э.Мандельштама: пять разборов // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2008. Вып. 2 (12). С.22-38.

27. К вопросу о духовном смысле поэзии Н.Рубцова // Н.М.Рубцов и Православие. М., 2009. С.323-328.

28. А.И.Солженицын в «Дневниках» о.Александра Шмемана // Александр Солженицын в диалоге со временем. К 95-летию писателя. Калининград, 2013. С.54-61.