RAE.RU
Энциклопедия
ИЗВЕСТНЫЕ УЧЕНЫЕ
FAMOUS SCIENTISTS
Биографические данные и фото 17373 выдающихся ученых и специалистов
Логин   Пароль  
Регистрация Забыли пароль?
 

Панков Федор Иванович

Научная тема: « МЕСТЬ КАК ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ПОВЕДЕНЧЕСКИЙ КОНЦЕПТ(ОПЫТ КОГНИТИВНО-КОММУНИКАТИВНОГО ОПИСАНИЯ В КОНТЕКСТЕ РУССКОЙ ЛИНГВОКУЛЬТУРЫ) »

Научная биография   « Панков Федор Иванович »

Членство в Российской Академии Естествознания

Специальность: 10.02.01

Год: 2009

Отрасль науки: Филологические науки

Основные научные положения, сформулированные автором на основании проведенных исследований:

  1. Эмоциональный поведенческий концепт определяется как единица психического уровня организации знания, характеризующаяся биологической детерминированностью, социальной обработанностью и знаковой, в том числе и лингвистической, оформленностью; языковая семантика при этом рассматривается как арена диалектического взаимодействия бессознательного и ценностно-нормативных установок культуры.
  2. Эмоциональный поведенческий концепт «месть» представляет собой ментальное образование, состоящее из эмоционального фона (гнев, ненависть, презрение, раздражение) и активирующихся на этом фоне скриптов, один из которых направляет агрессивную поведенческую реакцию индивида на источник фрустрации, а другой - на замещающий его объект.
  3. Эмоциональный поведенческий концепт «месть» рассматривается нами как отраженная в сознании индивида модель поведения (деятельности), обеспечивающая его выживание во внутривидовой конкурентной борьбе, и описывается в терминах социального взаимодействия - с точки зрения мотива, цели, а также стратегий и тактик ее достижения. Целью предписываемой концептом деятельности является преобразование коммуникативного пространства и установление границы, отделяющей свое (безопасное) от чужого (враждебного) пространства. Достижение цели обеспечивается стратегиями устрашения и перверсии (лат. pervertere - губить, портить), т.е. нанесения угрожающему объекту физического и / или морального вреда.
  4. Изучаемый концепт находит свое выражение не только в предметно-практической, но и возникшей на ее основе знаковой (невербальной и вербальной) деятельности, которая характеризуется фрустрационной обусловленностью, осознанностью, целенаправленностью, агрессивностью и по прагматическим параметрам определяется в работе как ВД.
  5. Данный вид знаковой деятельности восходит к первым человеческим ритуалам и характеризуется сигнальной двунаправленностью: 1) устрашение, проклятие адресата-агрессора и 2) воодушевление на борьбу с врагом и сплочение субъекта речи и его сородичей в замкнутую группу. Развитие ВД связано с двумя уровнями противостояния субъекта (сообщества) угрожающему объекту: на первом уровне, связанном с угрозой нарушения / нарушением неким объектом границы, которой субъект (сообщество) отделяет свое (безопасное) от чужого (враждебного) пространства, вырабатывается стратегия устрашения, воплощающаяся в тактике угрозы; на втором уровне, после игнорирования сигнала угрозы противником (или нарушения клятвы членом данного сообщества), складывается стратегия проклятия и соответствующие ей тактики изгнания, поругания и злопожелания. Поскольку посредством ментально-знаковых презентаций первый и второй уровни относятся друг к другу как предшествующий и последующий опыты участия в ситуациях одного и того же конфликтного типа, то в виндиктивном высказывании очень часто стратегия устрашения реализуется вместе со стратегией проклятия.
  6. Принципиально важную роль в развитии ВД играет совпадение / расхождение интересов индивида и общества в части права на реализацию себя в качестве карающей силы: первое (соответствующее ситуации военного типа) ведет к его ритуализации и стандартизации, второе (определяющее ситуацию иерархического типа) - к дестандартизации и латентности.
  7. ВД присущи следующие функции: эмотивно-регулятивная функция, которая признается доминантной и характеризуется амбивалентностью, связанной с деструктивным воздействием на оппонента и оптимизацией эмоционального состояния субъекта речи (и его соратников); названная функция воплощается в целом раде взаимосвязанных и противопоставленных по своей направленности и характеру воздействия на коммуникантов призводных функций: деморализующей и инспиративной, демобилизующей и мобилизующей, разобщающей и интегрирующей, патогенной и терапевтической, ноцицептивной и гедонистической; полагаем, что производными от эмотивно-регулятивной являются агональная (состязательная) и утешительная функции, а также функции социального контроля и дестабилизации общественных отношений; онтологически присущая ВД сигнальная двунаправленность предопределяет возможность реализации данным видом речевой деятельности фатической (по Б. Малиновскому, направленной на создание уз общности между людьми) функции, которая заявляет о себе в тех случаях, когда агент социального действия устрашает и / или проклинает, как правило, отсутствующего в момент речи обидчика своего собеседника и, обозначая тем самым свою позицию в имевшем место конфликте, приближает себя к потерпевшему; референтивная функция ВД сводится к представлению интенций говорящего в таких формах, которые через разные степени унижения адресата-агрессора и / или замещающего его объекта позволяют ему ощущать свою социальную значимость и заявлять об этом окружающим (в определенных ситуациях способствуя эвокации аналогичных ощущений у адресатов-наблюдателей, которых он считает своими); в результате реализации названной функции и создается карта ситуации социального взаимодействия, на которой адресат-агрессор и / или замещающий его объект оказываются на нижних, а говорящий (и его соратники) на верхних ступенях некой виртуальной или реальной системы иерархических отношений. 8. ВД, как и любой другой вид предметно-практической или речевой деятельности, имеет две стороны: внутреннюю (ментальную) и внешнюю (операциональную), в этой связи и описание структуры изучаемого феномена строится с учетом его внутренней организации, т.е. мотива, цели, стратегий и тактик ее достижения, и внешней, т.е. с точки зрения языковых форм воплощения последних.

Список опубликованных работ

I. Книги

1. Чесноков И.И. Месть как эмоциональный поведенческий концепт (опыт когнитивно-коммуникативного описания в контексте русской лингвокультуры): Монография. – Волгоград: Перемена, 2008. - 256 с. (16 п.л.).

2. Чесноков И.И. Концепты основных инстинктов в русской лингвокультуре: Учеб. пособие по курсу «Лингвострановедение». – Волгоград: Перемена, 2005. – 60 с. (3, 5 п.л.).

II. Статьи в изданиях, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией

3. Чесноков И.И. Истоки и социотворческий потенциал виндиктивного дискурса / И.И. Чесноков // Изв. Волгогр. гос. пед. ун-та. – Сер. «Филол. науки». – 2005. - № 3 (12). – С. 74 – 77 (0, 3 п.л.).

4. Чесноков И.И. Виндиктивный дискурс: интенциональный и операциональный аспекты / И.И. Чесноков // Научная мысль Кавказа: Прил. – 2006. - № 6. – С. 278 – 284 (0, 4 п.л.).

5. Чесноков И.И. Виндиктивный дискурс: ритуализация и косвенная презентация / И.И. Чесноков // Вестн. Волгогр. гос. архитект.-строит. ун-та. – Сер. «Гуманит. науки». – 2006. – Вып. 7 (19). – С. 166 – 170 (0, 4 п.л.).

6. Чесноков И.И. Онтогенез виндиктивного дискурса / И.И. Чесноков // Вестн. Волгогр. гос. мед. ун-та: Прил. – 2006. - № 2 (18). – С. 7 – 10 (0, 4 п.л.).

7. Чесноков И.И. Концепт «месть» в лингвокультурном аспккте / И.И. Чесноков // Изв. Волгогр. гос. пед. ун-та. – Сер. «Филол.науки». – 2006. - № 3 (16). – С. 7 – 14 (0, 6 п.л.).

8. Чесноков И.И. Концепт «секс» в русской лингвокультуре / И.И. Чесноков // Изв. Волгогр. гос. пед. ун-та. – Сер. «Филол. науки». – 2006. - № 5 (18). – С. 79 – 85 (0, 5 п.л.).

9. Чесноков И.И. Тактика угрозы как структурная составляющая виндиктивного дискурса (прямые формы объективации) / И.И. Чесноков // Изв. Волгогр. гос. пед. ун-та. – Сер. «Филол. науки». – 2008. - № 5 (29). – С. 8 – 12 (0, 5 п.л.).

III. Статьи в научных журналах, сборниках трудов и материалов конференций

10. Чесноков И.И. От логической к эмотивной парадигматике / И.И. Чесноков // Языковые парадигмы и их функционирование. Сб. науч. тр. – Волгоград: ВГПУ, 1992. – С. 90 - 97 (0, 3 п.л.).

11. Чесноков И.И. О когнитивном аспекте коммуникативных неудач / И.И. Чесноков // Reflexie aktualneho vyskumu ruskeho jazyka. Medzinarodna konferencia. – Nitra, 1999. – С. 113 – 117 (0, 2 п.л.).

12. Чесноков И.И. Русские лингвострановедческие реалии как концепты национального менталитета / И.И. Чесноков // Opera Slavica. – 2002. - № 2. – С. 26 – 32 (0, 3 п.л.).

13. Чесноков И.И. Концепт «власть» и концептуальная схема «Бог – власть – народ» / И.И. Чесноков // Кирилло – Мефодиевские традиции на Нижней Волге. Сб. ст. – Волгогад: Перемена, 2002. – Вып. 5. – С. 99 – 104 (0, 3 п.л.).

14. Чесноков И.И. Культурные концепты и ономастическое пространство языка / И.И. Чесноков // Ономастика Поволжья: Мат-лы IX Междунар. конф. по ономастике Поволжья. – М.: Ин-т этнологии и антропологии РАН, 2004. – С. 91 – 96 (0, 3 п.л.).

15. Чесноков И.И. Психологическая значимость и языковая репрезентативность концепта / И.И. Чесноков // Opera Slavica. – 2004. - № 2. – С. 1 – 10 (0, 5 п.л.).

16. Чесноков И.И. Концепт «прощение»: история ключевого слова / И.И. Чесноков // Кирилло – Мефодиевские традиции на Нижней Волге. Сб. ст. – Волгоград: Перемена, 2004. – Вып. 6. – С. 71 – 76 (0, 3 п.л.).

17. Чесноков И.И. «Иностранец» в этноязыковой оценке / И.И. Чесноков // Opera Slavica. – 2005. - № 2. – С. 32 – 35 (0, 2 п.л.).

18. Чесноков И.И. Эмоционально-когнитивная доминанта и дискурсивная деятельность / И.И. Чесноков // Русская словесность в контексте современных интеграционных процессов: мат-лы Междунар. науч. конф. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2005. – С. 456 – 460 (0, 3 п.л.).

19. Чесноков И.И. Фрустрации – эмоции – дискурс (к теории виндиктивного дискурса) / В.И. Шаховский, И.И. Чесноков // Языковая личность в дискурсе: Полифония структур и культур: мат-лы Междунар. науч.-практ. конф. – М.; Тверь: ИЯ РАН: ТвГУ: ТГСХА, 2005. – С. 152 – 159 (в соавт.; личный вклад – 0, 3 п.л.).

20. Чесноков И.И. Концепт «прощение» как ценностно-коммуникативный ориентир сознания (к проблеме этноязыкового кодирования универсальных эмоционально-смысловых единиц) / И.И. Чесноков // Русистика. Сб. науч. тр. – Киев, 2006. – Вып. 5-6. – С. 67 – 69 (0, 4 п.л.).

21. Чесноков И.И. Эмоциональный концепт как объект лингвокультурологии / И.И. Чесноков // Наследие академика В.И. Борковского и проблемы современной лингвистики: статьи, исследования, материалы. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2006. – С. 229 – 236 (0, 4 п.л.).

22. Чесноков И.И. Виндиктивный дискурс: стратегии, тактики, презентемы / И.И. Чесноков // Язык. Культура. Коммуникация: мат-лы Междунар. науч. конф. – Волгоград: Волгогр. науч. изд-во, 2006. – Ч. 3. – С. 175 – 179 (0, 3 п.л.).

23. Чесноков И.И. Виндиктивный дискурс в обрядовой терапии / И.И. Чесноков // Известия на Научен център «Св. Дазий Доростолски». – Силистра към Русенски университет «Ангел Кънчев», 2006. – С. 172 – 176 (0, 3 п.л.).

24. Чесноков И.И. Виндиктивный дискурс и нечистая сила / И.И. Чесноков // Мир лингвистики и коммуникации [Электронный ресурс]. – Тверь: ТГСХА, ТИПЛиМК, 2007. - № 1 (6). – Режим доступа: http: // www.tverlingua.by.ru (0, 3 п.л.).

25. Чесноков И.И. Виндиктивный дискурс в ситуации военного типа / И.И. Чесноков // Русская словесность в контексте современных интеграционных процессов: мат-лы Второй Междунар. науч. конф. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2007. – Т. I. – С. 830 – 834 (0, 3 п.л.).

26. Чесноков И.И. Концепт «месть» как эпицентр виндиктивного дискурса / И.И. Чесноков // Вестн. Волгогр. гос. ун-та. – Сер. 2. «Языкознание». – 2007. – Вып. 6. – С. 61 – 65 (0, 5 п.л.).

27. Чесноков И.И. Функции виндиктивного дискурса / И.И. Чесноков // Известия на Научен център «Св. Дазий Доростолски». – Силистра към Русенски университет «Ангел Кънчев», 2007. – С. 310 – 316 (0, 4 п.л.).

28. Чесноков И.И. Структура виндиктивного дискурса / И.И. Чесноков // Динамика и функционирование русского языка: факторы и векторы. Сб. науч. ст. по мат-лам Междунар. конф. – Волгоград: Изд-во ВГИПК РО, 2007. – С. 125 – 127 (0, 25 п.л.).

29. Чесноков И.И. Виндиктивный дискурс: истоки, функции, структура / И.И. Чесноков // Меняющаяся коммуникация в меняющемся мире – 2. Сб. ст. – Волгоград: Изд-во ФГОУ ВПО ВАГС, 2008. – Т. I. – С. 31 – 35 (0, 5 п.л.).

30. Чесноков И.И. Тактика угрозы как структурная составляющая виндиктивного дискурса (косвенные формы объективации: предупреждения-предсказания-обещания) / И.И. Чесноков // У чистого источника родного языка. Сб. науч. ст. к 60-летию проф. В.И. Супруна. – Волгоград: Изд-во ВГПУ «Перемена», 2008. – С. 358 – 363 (0, 3 п.л.).

31. Чесноков И.И. Маркеры интенции перверсии в речевой тактике изгнания / И.И. Чесноков // Теоретические и лингводидактические проблемы исследования русского и других славянских языков. Сб. науч. тр. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2008. – С. 66 – 71 (0, 25 п.л.).

32. Чесноков И.И. Тактика изгнания как структурная составляющая виндиктивного дискурса (посылы и их локусы) / И.И. Чесноков // Человек в коммуникации: лингвокультурология и прагматика. Сб. науч. тр. – Волгоград: Изд-во ВГПУ «Перемена», 2008. – С. 18 – 24 (0, 25 п.л.).

33. Чесноков И.И. Тактики виндиктивного дискура и перформативные высказывания / И.И. Чесноков // Русистика. Сб. науч. тр. – Киев, 2008. - № 8. – С. 16 – 18 (0, 3 п.л.).