RAE.RU
Энциклопедия
ИЗВЕСТНЫЕ УЧЕНЫЕ
FAMOUS SCIENTISTS
Биографические данные и фото 17319 выдающихся ученых и специалистов
Логин   Пароль  
Регистрация Забыли пароль?
 

Баринов Дмитрий Николаевич

Научная тема: « СОЦИАЛЬНЫЕ ТРЕВОГИ КАК ФЕНОМЕН ОБЩЕСТВЕННОЙ ЖИЗНИ (СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ) »

Научная биография   « Баринов Дмитрий Николаевич »

Членство в Российской Академии Естествознания

Специальность: 09.00.11

Год: 2011

Отрасль науки: Философские науки

Основные научные положения, сформулированные автором на основании проведенных исследований:
1. Содержание разработанной в диссертации философской концепции социальных тревог включает вопросы методологии, определение сущности социальных тревог как феномена общественной жизни, его взаимосвязи с общественным сознанием, выявление антропологических предпосылок и социальной основы его возникновения, его особенности в развитии современного российского общества, места и роли средств массовой информации в динамике этого феномена. Решение этих вопросов достигается в ходе анализа следующих аспектов, выделенных в процессе историко-философского исследования тревоги.

Антропологический аспект социальных тревог позволяет установить их связь с родовым понятием «страх», который непосредственно связан с потребностью человека в самосохранении и воспроизводстве своей жизни. Онтологический аспект заключается в раскрытии природы социальных тревог как духовного явления, в уяснении их места в системе общественного сознания, а также их структуры и типологии. Гносеологический аспект состоит в осознании социальных тревог как специфической формы отражения реальности, их причин. Аксиологический аспект заключается в соотнесении социальных тревог с миром социальных ценностей, что позволяет глубже понять их природу, их роль в жизненных проявлениях. Праксеологический аспект раскрывает роль тревог в стимулировании практической социальной активности, усилении волевого фактора, направленного на предотвращение социальных угроз.

2. Социальные тревоги как феномен общественной жизни - это эмоционально-когнитивное состояние беспокойства социального субъекта по поводу неопределенности осуществления его жизненных планов и притязаний в данной системе общественных отношений. Основанием этой дефиниции выступает разграничение категорий «социальные тревоги» и «социальный страх». Социальные тревоги, как и социальный страх, имеют причинную обусловленность в виде конкретных социальных угроз, но в отличие от страха они характеризуются опережающей оценкой сознанием развития опасности и меньшей глубиной переживания. Поэтому социальные тревоги - это результат предвосхищения возникновения опасности как возможного развития социальной угрозы. В силу этого обстоятельства субъект сохраняет способность к более рациональной оценке сложившейся ситуации. В то же время социальные тревоги и социальный страх диалектически взаимосвязаны между собой. Страх выражает куль-минационно более высокую степень переживания непосредственной опасности. В этом плане социальные тревоги могут выступать как начальная и конечная степень социального страха. Переходы от тревоги к страху и обратно обусловлены взаимодействием субъекта с внешним миром, а также степенью развития социального характера субъекта (его самообладания, воли и т.д.).

3. Дифференциация социальных тревог имеет своей непосредственной основой разграничение форм и уровней общественного сознания, обусловленных в свою очередь общественным разделением труда и соответствующих общественных отношений. Эта дифференциация конкретизирует картину их функционирования (экономические, политические тревоги и т.д.) как духовного явления. В качестве общественного умонастроения социальные тревоги оказывают воздействие на субъекта, обусловливая его специфические социально-психологические состояния от беспокойства и разочарования до выражения протеста в различных формах социального действия. В то же время социальные тревоги как разновидность общественного умонастроения обладают аксиологическим измерением. Структура ценностей общества обусловливает иерархию социальных тревог.

4. Трудности инстинктивной адаптации человека к природе в отличие от животного восполняются развитием его способностей к преобразованию окружающей среды. Такая преобразовательная деятельность осуществляется на основе развития приобретенного социального опыта, а ее составными частями являются целеполагание и проектирование нового. Однако относительная ограниченность познания и прогнозирования ведет к неопределенности в процессе достижения поставленных целей, что становится условием развития тревоги.

Институциональные механизмы организации общественной жизни и регулирования поведения людей обеспечивают предсказуемость и стабильность отношений между ними. Это снижает риски дезорганизации жизни общества и предупреждает возникновение социальных тревог. Однако в социальных системах сохраняется развитие спонтанно-стихийных процессов, которые характеризуются нестабильностью и неподконтрольностью. Поэтому достижение результатов социальной деятельности людей, осуществление их социальных притязаний и жизненных интересов становится негарантированным, что выступает основой возникновения социальных тревог.

5. Одним из главных источников возникновения социальных тревог является отчуждение, которое угрожает полноценному существованию человека в обществе. Отчуждение в его различных формах (от собственности, власти, образования, других людей) ограничивает возможности человека в развитии его способностей, удовлетворения его насущных потребностей, реализации жизненных интересов и притязаний. В результате отчуждения бытие представляется человеку враждебным и опасным, что порождает социальные тревоги. Преодоление социальных тревог в условиях отчуждения возможно посредством активного участия в совместной жизнедеятельности людей (со-бытия) на основе развития доверия к институтам общества. В свою очередь, стабильное функционирование социальных институтов на базе неизменяемых принципов и правил формирует чувство уверенности и безопасности. В то же время в ситуации дезинтеграции общества и разрушения уверенности доверие выступает фактором, стимулирующим самоорганизацию людей (социальный капитал), которая способствует реализации их интересов и тем самым позволяет преодолеть последствия отчуждения в виде чувства беспомощности и тревоги.

6. В условиях нарушения привычного хода повседневной жизни тревоги активизируют деятельность когнитивных структур (социальные представления, фреймы, «когнитивные карты» и т.д.). Данные структуры обеспечивают объяснение кризисных ситуаций на уровне здравого смысла и создают образ стабильной повседневной жизни, снижающий интенсивность переживания тревоги. Однако репрезентация социальной среды в сознании как предсказуемой не обязательно соответствует действительности. Этим обусловлено сходство влияния ментальных моделей на тревоги и социальное действие с древними мифами, которые поддерживали и регулярно воспроизводили в архаичном сознании представления о привычном мироустройстве. В то же время социальные тревоги усиливают общественную активность в виде действий (социальные движения, протестные акции, массовая миграция), направленных на изменение условий жизнедеятельности общества или создание новой стабильной общественной системы, которая позволяет социальному субъекту реализовать жизненные интересы и притязания. В таких условиях преодоление социальных тревог осуществляется либо путем подчинения волевого начала формальным нормам,либо посредством диалога как альтернативы конвенциональному статусно-ролевому взаимодействию.

7. Социальными факторами возникновения социальных тревог в современном российском обществе, находящемся в процессе перехода к постиндустриальному обществу, помимо отчуждения выступают конфликты, конкуренция и кризисные явления в различных сферах общественной жизни. Эти факторы оказывают воздействие на взаимоотношения между социальными общностями (классами, стратами и т.д.) и определяют их самочувствие. Они ограничивают возможности реализации жизненных планов человека в рамках существующей социальной структуры, что, с одной стороны порождает умонастроение тревожности, чувство беспомощности, а с другой, служит предпосылкой активизации протестного потенциала. В условиях социально-политической и экономической стабильности действие этих факторов ослабевает, но не исчезает совсем, а в ситуациях социальных кризисов - обостряется. Это усиливает различия в образе жизни социальных общностей, неравенство между ними и провоцирует рост социальных тревог.

8. Динамика социальных тревог в современном российском обществе отражает изменения текущей объективной ситуации. Решающую роль здесь играют противоречия общественной жизни: между трудом и капиталом; между объективными потребностями модернизации общества и менталитетом россиян; между коммерциализацией всех сфер общественной жизни и объективной необходимостью развития культурной, духовной основы модернизации; между потребительскими ориентациями и идеалами трудовой этики. В условиях этих противоречий сохраняется действие традиционных для российской ментальности установок (двойственное отношение к богатству, труду, патерналистские настроения), что сказывается на степени активности россиян в направлении своевременного предотвращения социальных угроз.

Главным условием преодоления социальных тревог является развитие у населения критического сознания, способности самостоятельно принимать жизненно важные решения, стимулирование свободного творчества в различных сферах жизнедеятельности. Такое поведение предполагает установление отношений доверия между обществом и государством, основанных на признании значимости принципов права и моральной ответственности, и позволяет преодолеть установки российской ментальности, ограничивающие социальную активность людей.

9. Влияние средств массовой информации на динамику социальных тревог носит противоречивый характер. СМИ обладают способностью снижать уровень тревожности путем представления общественной жизни как стабильной и предсказуемой. Однако этот образ стабильности жизни либо соответствует действительности, либо является продуктом мифологизации социальной реальности. В то же время СМИ провоцируют распространение социальных тревог в силу действия следующих компонентов массово-информационного процесса. Во-первых, это информационная энтропия, обусловливающая способность массовой информации увеличивать неопределенность. Во-вторых, специфика новостей, которые демонстрируют события сенсационного катастрофического характера и дестабилизируют общественную психологию, порождая социальные тревоги. В-третьих, «повестка дня», образующая изоморфизм производства и потребления массовой информации, на основе которого формируется перечень наиболее волнующих социальных проблем. В-четвертых, это функция присвоения статуса, состоящая в том, что, выделяя из однородной массы событие, СМИ повышают в общественном мнении не только статус этого события, но и его эмоциональную составляющую.

Список опубликованных работ

Статьи в журналах, входящих в Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, рекомендованных ВАК РФ для публикации результатов диссертационных исследований

1. Региональная специфика социальной тревожности // Вестник Челябинского государственного университета. Серия: Философия. Социология. Культурология. 2008. №28. С. 165-170. 0,3 п.л.

2. Антропологические основания тревоги // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2008. №5. (61). 0,3 п.л.

3. Массовая коммуникация как фактор формирования социальной тревожности // Обсерватория культуры. 2008. № 4. С. 32-37. 0,8 п.л.

4. Социальный страх и феномен отчуждения // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: Философия. 2008. Том 6. Вып. 2. С. 48-52. 0,4 п.л.

5. Реклама и PR как средства формирования социальной тревожности // Аспирантский вестник Поволжья. 2008. №5-6. С. 160-162. 0,3 п.л.

6. Социоструктурные источники тревожности // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2008. №5. (61). С. 147-150. 0,3 п.л.

7. Динамика социальной тревожности в современном российском обществе // Вестник Российского государственного гуманитарного университета. 2009. №2. С. 163-174. 0,5 п.л.

8. Постсовременное общество: между страхом и знанием // Обсерватория культуры. 2009. № 6. С.86-89. 0,4 п.л.

9. Страхи и тревоги в современной России: социальное самочувствие россиян в условиях кризиса // Вестник Челябинского государственного университета. Серия: Философия. Социология. Культурология. 2009. №33. С. 74-78. 0,5 п.л.

10. Кризис культуры в России: тревоги и оценки населения // Обсерватория культуры. 2010. №4. С. 31-35. 0,6 п.л.

11. Феномен социальной тревоги: философский аспект // Alma Mater (Вестник высшей школы). 2010. №6. С. 58-62. 0,5 п.л.

12. Тревога как социально-политический феномен // Вестник Орловского государственного университета. Серия: Новые гуманитарные исследования. 2010. №6 (14). С. 99-100. 0,3 п.л.

13. Жизненные планы, образовательные стратегии и социальные настроения российской молодежи // Alma Mater (Вестник высшей школы). 2011. №2. С. 30-34. 0,4 п.л.

14. Константы общественного бытия как фактор формирования социальной тревожности // Вестник Российского государственного гуманитарного университета. 2011. №3. С. 110-119. 0,5 п.л.

15. Эволюция представлений о страхе и тревоге в истории философии // Философия и культура. 2011. №3 (39). С. 50-56. 0,6 п.л.

Монографии

16. Феномен социальной тревожности. Смоленск: Смол. фил. Рос. ун-та кооп., 2009. 150 с. 9,4 п.л.

17. Страхи и тревоги в духовной жизни общества. Смоленск: Издательство «Маджента», 2009. 160 с. 10 п.л.

18. Социальные тревоги: понятие, природа, роль в жизни общества. М.: Издательство «Алекс», 2010. 204 с. 12,7 п.л.

Статьи и тезисы докладов на международных конференциях

19. Образование и религия в постиндустриальном обществе // Образование: философия, история, право, экономика: Сборник научных трудов. М.: МГИУ, 2005. С. 114-120. 0,2 п.л.

20. Тревога как симптом психосоциальной патологии общества // Известия МГИУ. Серия: Социальные и гуманитарные науки. 2006. №3 (4). С. 44-47. 0,4 п.л.

21. Экологические страхи и тревоги россиян // Социальные трансформации (Вып. 10): Материалы Международного коллоквиума «Механизмы научного и социокультурного взаимодействия (Феномен экосознания)». Смоленск: СмолГУ, 2006. С. 5-8. 0,1 п.л.

22. Образование как фактор формирования социальных тревог // Социальные трансформации (Вып. 11): Материалы Международного коллоквиума «Механизмы научного и социокультурного взаимодействия (Феномен образования)». Смоленск: СмолГУ, 2006. С. 10-14. 0,1 п.л.

23. Виртуализация как форма и механизм социального мифотворчества // Социальные трансформации (Вып. 14): Материалы Международного коллоквиума. Смоленск: СмолГУ, 2007. С. 10-14. 0,3 п.л.

24. Власть страха или страх перед властью: к онтологии политического управления // Сборник статей по материалам IX Международной теоретико-методологической конференции «Интеллигенция власть» / Общ. ред. Ж.Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2008. С. 242-252. 0,5 п.л.

25. Социальная тревожность: аксиологический аспект // Философия ценностей: религия, право, мораль в современной России: Материалы IV Международной научной конференции. Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2008. С. 100-101. 0,1 п.л.

26. Возрастные и гендерные аспекты социальной тревожности // Психология и современное общество: взаимодействие как путь взаиморазвития: Материалы III Международной научно-практической конференции. СПб.: СПБИУиП, 2008. Ч. 1. С. 21-22. 0,1 п.л.

27. Семья и брак как факторы формирования социальной тревожности // Фундаментальные и прикладные исследования в системе образования: Сборник научных трудов VI Международной научно-практической конференции (заочной): Т. I: Общественные науки. Тамбов: Изд-во Першина Р.В., 2008. С. 29-30. 0,1 п.л.

28. Экономические факторы социальной тревожности // Актуальные проблемы современной науки // Материалы Международных научно-практических конференций научной сессии «X Невские чтения» (23 - 25 апреля 2008 г.). / Под ред. Л.Ф. Соловьевой, И.Г. Тарусиной. Т.Б. Фейлинг, В.Н Шайдурова. СПб.: Изд-во Невского ин-та языка и культуры, 2008. С. 191-192. 0,1 п.л.

29. Страх как социальный феномен // Наука. Философия. Общество. Материалы V Российского философского конгресса. Том III. Новосибирск: Параллель, 2009. С. 19. 0,1 п.л.

30. Повестка дня: формирование социальных настроений в регионе // Художественный текст и текст в массовых коммуникациях: Материалы Международной научной конференции. Вып. 5. В 2 ч. Смоленск: СмолГУ, 2009. Ч. 2. С. 111-114. 0,2 п.л.

31. Проблема страха в русской философской мысли // Общественные науки. 2010. №5. С. 21-25. 0,3 п.л.

32. Трудовые ценности и социальные настроения российской молодежи // Система ценностей современного общества. Сборник материалов XII Международной научно-практической конференции. Новосибирск: НГТУ. 2010. С. 270-272. 0,2 п.л.

33. Социальная стратификация и социальные тревоги // Актуальные проблемы развития современного общества: Материалы Международной научно-практической конференции (17 июня 2010 г.). Саратов: ИЦ «Наука», 2010. С. 18-19. 0,1 п.л.

34. Социальный капитал как средство преодоления отчуждения // Современные проблемы гуманитарных и естественных наук: Материалы III Международной научно-практической конференции 20-25 июня 2010 г. М.: Открытое право, 2010. С. 150-153. 0,3 п.л.